аивал. – Саймон, ты знаешь? – Это крылатый народ, – внезапно заговорила Геррит. Аштон с интересом взглянул на нее. – Да. Наследственная, контролируемая мутация, как Дети Моря и Дети Матери Скэйта. Фалларины внушают суеверный страх людям в Капюшонах. Они имеют большое значение в жизни племен, но я не знаю почему. Очары мало говорят с иноземцами, а Бендсмены уважают их табу. К тому же, у меня были другие заботы. Но одно я знаю, Эрик. – Что именно? – Когда мальчик сказал «Я – очар», это означает больше, чем утверждение факта или уверение в мужестве. Это также означает, что очар знает пустыню и ее сила передается ему, что очар уничтожит своих врагов и будет продолжать священную месть до конца жизни. Ты держишь в седле голубоглазую кобру. Никогда не забывай об этом. – Я уже имел дело с людьми пустыни, – сказал Старк. – А теперь не мешай мне думать. Ветер стих. Лицо пустыни стало мирным. Старое Солнце сняло свою пыльную вуаль, и ржавый день показал вехи дороги Бендсменов, помещенные достаточно близко друг от друга, чтобы в случае, если одну засыплет, было бы видно другую. – Саймон, а что находится за Юронной? Ты говорил о Береге? – Плато, где мы находимся сейчас, кончается обрывом приблизительно в полтора километра. Внизу гораздо теплее, и там есть места, где есть растительность, благодаря источникам. Там есть деревни, построенные на самом обрыве, в скале. – Туда делают набеги люди в Капюшонах? – Не на деревни, они неприступны, а на людей на полях, или грабят их урожаи. А после этих земель, опять пустыня до самого Плодородного Пояса. – Хорошая земля, богатая бродягами. – Меня везли прямо по дороге из Скэга, так что я мало видел страну. Единственный город, который я видел, был Гед Дарод, город Бендсменов. Красивый город. – Место паломничества, – сказала Геррит. – Святилище, дом терпимости, сиротский дом, основанный Бендсменами. Там Бендсменов растят, воспитывают, обучают. Вся грязь, принесенная ветром, встречает там хороший прием. Весь нижний город заполнен бродягами фарерами и паломниками, пришедшими со всех концов Скэйта. Там находятся Сады Удовольствий… – Я слышал о Гед Дароде, – сказал Старк. – Но сначала идет Юронна. Чистый голос Джефра произнес с необычайной веселостью: – Вы не дойдете до Юронны, – он торжествующе поднял руку к небу. Там очень высоко и быстро сверкнула и исчезла бронзовая крылатая птица. – Он полетит сначала к ближайшим вождям кланов, а потом и к более дальним. По его ожерелью они узнают, что он принадлежит моему отцу, соберут своих людей и пойдут к нему. И вы не пройдете через кланы в Юронну. – Тогда мы пойдем другой дорогой, – сказал Старк. – И если мы не найдем безопасности среди очаров, мы поищем ее у их врагов. Нам поможет видение Геррит. – Ты пойдешь в Мелкие Очаги? – спросил Аштон. – У нас нет выбора. Джефр засмеялся. – Очары все равно будут преследовать вас. А люди Мелких Очагов вас съедят. – Возможно. А тебя? – Я крови очаров. Я человек, а не мясо. – А что они сделают с тобой? – Я сын вождя. Отец выкупит меня. – Тогда не проводишь ли ты нас к Мелким Очагам или хотя бы к ближайшему из них? – С удовольствием, – сказал Джефр. – Я приму участие в пиршестве. – Проводник, которого ты мне выбрала, – сказал Старк, обращаясь к Геррит, не внушает мне доверия. – Я его не выбирала, – сухо сказала она. – И я не говорила, что он поведет тебя с радостью. – Какое направление? – спросил Старк у Джефра. Мальчик подумал. – Очаг хоннов ближе всего. – Он нахмурился и указал на северо-восток. – Но я должен подождать, пока появятся звезды. – Как, по-твоему, это правильно, Саймон? – Да, если судить по тому, где находится территория очаров. У них лучшие земли. – Мелкие Очаги слабы, – сказал Джефр. – Бегуны их едят. Когда их больше не останется, все земли и вся вода будут нашими. – Но эта минута, – сказал Старк, – далека. Поспешим. Оставив дорогу с вехами позади, они углубились в бесконечную пустыню, в т