схватил Тревера, протянув руки, но сделал это очень неуверенно, и мозг Корина кричал Шеннечу: – Ты не можешь его остановить! Не можешь! Тревер, теперь только частично слитый с Шеннечем, услышал этот крик и засмеялся. Что-то взорвалось в нем от физического прикосновения Гелта. Теперь его не контролировали, неистовые мысли ушли, остались только два сильнейших желания, одним из которых было уничтожение чудовища, державшего его. – Убей его! – неожиданно сказал Шеннеч. – Он безумен, и никто не может управляться с сумасшедшим. Гелт старался, но руки Тревера уже схватили горло Корина. Пальцы его глубоко погрузились в плоть Гелта. Затем раздался хруст сломавшихся позвонков. Тревер отбросил труп. Он ничего не видел, кроме одной крошечной точки света в темноте. В центре этой светлой точки была красная кнопка. Тревер подскочил к ней и нажал. Это было его второе желание. В первый момент ничего не произошло. Тревер упал поперек Гелта. Шеннеч выкрикивал предупреждения, которые уже опоздали: Тревер имел время торжествующе вздохнуть и встать. Корабль тронулся под ним. Раздался глухой рев, потом еще один, когда бункеры с остатками горючего заработали. Рубка закружилась и остановилась со скрипом и дрожью, все проходы распахнулись, мир наполнился лязгом и грохотом отрывающегося и разлетающегося металла. Затем все успокоилось. Настала тишина. Тревер прополз по новому склону пола и через разбитый люк в безжалостный солнечный свет. Теперь он ясно видел, что наделал. Сделано все было хорошо. Последнего запаса горючего хватило… Вся задняя часть корпуса исчезла, и с ней все Корины, бывшие в задних трюмах. Затем в мозгу Тренера заговорил удивленный голос Шеннеча: – Я и в самом деле состарился! Я недооценил силу и тайны свежего крепкого мозга. Я слишком привык к повиновению со стороны Коринов. – Ты видишь, что происходит с последними Коринами? – спросил Тревер. – Ты можешь видеть? Последние Корины, которые оставались с рабами снаружи, были потрясены крушением их привычного мира. А рабы тут же поднялись против остатков своих ненавидимых хозяев. Они долго ждали, очень долго, и теперь Корины и соколы подлежат смерти. – Ты видишь это, Шеннеч? – Вижу, Тревер. А теперь… они идут на тебя! Да, они шли. Шли, обезумев от крови, шли против всех, кто носил солнечный камень. Впереди шли Джин и Сол. Тревер знал, что ему осталось меньше полминуты на разговор о своей жизни, И он знал, что Шеннеч следит с интересом. Тревер резко сказал Солу и другим: – Я дал вам свободу, а вы хотите убить меня за это? – Ты выдал нас в пещере, – прорычал Сол, – и вот теперь… – Я выдал вас, но сделал это не намеренно. Здесь есть кое-кто посильнее Коринов, а вы даже не знали об этом. Откуда же было– знать мне? Тревер быстро рассказал им о Шеннече и о том, как сами Корины попали в рабство. – Вранье все это, – сказал Сол. – Посмотрите сами в подземелье под городом. Только будьте осторожны. Он смотрел не на Сола, а на Джин. Подумав, она медленно произнесла: – Возможно там и вправду есть Шеннеч… Может, поэтому нам никогда не позволяли входить в город, и Корины могли уверять, что они боги. – А я говорю – вранье! Джин повернулась к Солу: – Пойди и посмотри, Сол. А мы его пока покараулим. Сол поколебался, он и шестеро других рабов пошли к городу. Тревер сел на горячую выжженную траву. Он страшно устал. И ему не нравилось, что сосредоточенная тень Шеннеча покрывает его мозг. Горы отклонились от солнца, и по нижним склонам поползли тени. Сол и другие вернулись. Тревер взглянул на их лица и невесело рассмеялся: – Все правда, не так ли? – Да, – сказал Сол, вздрогнув. – Да… – Он говорил с вами? – Начал, но… мы убежали…– и Сол неожиданно закричал, но уже не от ненависти, а от страха: – Мы не сможем убить его. Это его долина. И мы, о боже, заперты с ним и не можем уйти!… – Можем, – возразил Тревер. Глава 7 Сол тяжело уставился на него: – Но пути через горы нет. Там же нет воз